ПОСТ ОТ ...
Чья история станет на этот раз той, что всколыхнет чужие души и сердца, став несомненно излюбленной?..
ВНИМАНИЕ! ОБЪЯВЛЕНИЕ!

RENALIUM. fallen through time

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » RENALIUM. fallen through time » СКАЗАНИЯ СТАРЦЕВ » Чтобы продвинуться вперед, надо вернуться назад


Чтобы продвинуться вперед, надо вернуться назад

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

http://sh.uploads.ru/F0yvC.gif

https://33.media.tumblr.com/ae25a774b021f58a0ba7ff83a6e346f5/tumblr_nk1zcgsk0U1qacgvvo5_400.gif

Berniece Erland, Edric Styrr
сердечную мышцу толстым слоем покрыла копоть,
руки измазаны чем-то липким по локоть.

› август, 382 год после В.Р. лагерь "Кухаркиных детей" в лесу недалеко от Миндона‹
http://s8.uploads.ru/eOG2k.pngСир Эдрик посетил лагерь своих соратников инкогнито, и никто бы его не заметил, если бы он сам не увидал кое-кого...

Отредактировано Edric Styrr (2015-07-02 14:50:08)

+1

2

«да, воровать плохо, но ещё хуже, когда тебя на этом ловят». [ц.]ㅤ ㅤ Бернис судорожно теребит подол запачканной, старой и выцветшей юбки, сжимая тонкими пальцами загрубевшую ткань. Девица волнуется, и на это, право, есть все причины. Луна, укрытая перьями пушистых облаков, едва освещает узкую тропинку, что ведёт в глубину леса прочь от главного тракта, соеденяющего Миндон с близлежащеми сёлами, однако уже спустя несколько шагов вдали виднеется заветная цель – мерцающий золотом в ночной мгле огонёк, с каждым движением девушки который всё боле и боле преобретает очертания кострового пламени. Там, у заветного огня, слышатся негромкие песни и полупьяный хохот хриплого мужского баса, что невольно возвращают и без того встревоженную Эрленд к не самым лучшим эпизодам прошлого, которые барышня и без того пытается скорей позабыть. «Ты им – никто, — напоминает себе Нисса, — и они тебе – тоже». Слова пусть и кажутся верными, но никак не вселяют в тревожное сердце Бернис уверенность в том, что такие бесчестные и позабывшие о законах люди, как разбойники, не пренебрегут своим обещанием и не потребуют от Нис то, что не входило в свежезаключённый договор. Не потребуют то, что может дать мужчине лишь женщина. «Расслабься», — разум лишь на мгновение расслабляет напряженные до «нельзя» нервы, и Эрленд понимает, что успокоиться лишь тогда, когда покинет это провонявшее мужским потом и лошадиным навозом место.
ㅤ ㅤ Отодвигая тонкой рукою своей ветвь с уже пожелтевшими листьями, Бернис наконец выходит на поляну и щурит глаза от разлившегося по земле яркого света; едва слышно топает ногой, будто бодбадривая себя, и делает шаг вперёд, к усевшимся в кругу бандитам-разбойникам. Голова её покрыта плотной тканью капюшона — Эрленд будет совсем не выгодно, если кто-то из них, попивающих сейчас крепкий эль, запомнит её лицо, — но языки пламени тенями играют на лице девушки, позволяя любому разглядеть то, что не требуется. «Чёрт!» — проносится в голове, когда Нис понимает, что все старания её тщетны, и поэтому она вскидывает подбородок вверх, дабы уверить всех окружающих в собственной значимости. Ведь она правда им нужна, верно?
ㅤ ㅤ — А вот и наша Ласточка пожаловала, — разрозившись громким хохотом, молвил крепкий мужчина, сидящий на противоположной стороне поляны. — Будешь?
ㅤ ㅤ Он протягивает Бернис переполненную склянку жуткого вида и запаха пойло, и девушка машинально вертит головой, не говоря ни слова.
ㅤ ㅤ — Откуда в тебе столько брезгливости?.. Ладно, плевать! Ну, показывай, что принесла! — мужчина хлопает рукой по месту рядом с собой на импровизорованной лавке — бревне, а Эрленд не остаётся ничего, кроме как повиноваться.
ㅤ ㅤ Мало помалу гомон, создаваемый маленькой толпой вокрук костра, усмиряется, уступая место тишине. Многие из присутсвующих бросили свои занятия и уставились ровно на Бернис. Нисса поводит плечом и вновь вскидывает голову, предостерегая любой слишком уж наглый взгляд разбойника своим — она здесь не для грязных увеселений, она теперь часть их отвратительной команды. Эрленд опускает руку в потайной корман юбки и через мгновение достаёт оттуда отёсанный бахрамой и перевязанный золотой лентой красного бархата мешочек. Содержимое его бренчит, и звук этот, знакомый каждому человеку, жадному до злата, заставляет замолчать даже тех, кто прежде выказывал своё полное пренебрежение Бернис. Рядом сидящий молодой, совсем ещё неотёсанный, как казалось девице, парнишка и вовсе приник к телу девушки и протянул к драгоценному мешочку руку, видно, надеясь выхватить его и броситься вглубь ночного леса, присвоив все деньги себе.
ㅤ ㅤ — Эй! — рёв мужчины, пригласившего Эрленд присоедениться к этому «славному» застолью, останавливает юнца, и тот, обиженно взвизгнув, почти взвыв, возвращается в прежнее положение. Следующий вопрос его, как видно, главаря этой шайки, был направлен уже к девушке. — Сколько?
ㅤ ㅤ — Сто двадцать геллеров, всё золотом, — Бернис говорит хриплым от долгого молчания голосом, но это не мешает желавшим услышать её слова. По поляне разносится довольное улюлюканье. 

+2

3

Вечерние тени скользили среди деревьев. То тут, то там зажигались факелы, но даже их света, в купе с костром, было не достаточно для такой глубокой чащи леса. Чужаки сюда не сунутся, а потерявшиеся путники не осмелятся приблизиться. Случайных гостей в этом месте не бывает!
Но даже среди жутких обезображенных рожь и устрашающих громадин можно было услышать тонкую песню флейты и барабана. Хохот и похабные байки разбавлялись импровизированными представлениями бродящих с наемниками артистов. А после громких прославляющих тостов отчетливо слышался угрюмый шепот заговорщиков… Череда язвительных, наглых и просто хмельных взглядов преследовала каждого, и у каждого, даже у лысого оборванца-попрошайки, за пазухой  скрывался нож.
Пламм Старший Брат стоял поодаль от костра, его могучие руки были сложены на груди. Этот худощавый человек с кислым лицом – командир отряда, как будто снисходительно следил за своими подчиненными, что отдыхали после утомительного летнего дня. На нем как обычно был его черный камзол без рукавов, с бордовыми полосами по бокам, но самой узнаваемой чертой были волосы – ярко-рыжие и заметные даже под покровом ночи. Бросался в глаза и его спутник, что был на голову выше любого из тех, что прятался в чаще. Вернее, все делали вид, что не замечают его, ведь голову мужчины прикрывал капюшон грубого бурого плаща, но даже из под потертой ткани выглядывал гладковыбритый подбородок и нос, сломанный, должно быть, не раз. Ничего особенного в этом не было, Пламма часто навещали такие «мрачные тени», а затем так же внезапно пропадали. В лагере считалось, что лучше не знать, кто скрывается под капюшоном – себе дороже. Но этот явно был особенным: не смотря на старые дорожные сапоги и простую одежду, от него веяло властью и самоуверенностью.
- Говорю тебе, турнирный сезон заканчивается, - лениво протянул Пламм в сторону мужчины, - лорды разъезжаются по своим замкам, а за ними – караван шлюх, музыкантов и торговцев. Столица пустеет, для нас здесь работенки больше не найдется…
Мужчина в капюшоне даже не шелохнулся, но его глаза внимательно следили, не сует ли кто свой нос в чужие разговоры. Не смотря на хмель, некоторые всё еще находили в себе силы приглядывать друг за другом, но сейчас все внимание было приковано к какой-то девке. Ее появление сопровождалось бурным улюлюканьем и свистом, она была явно по душе «Кухаркиным детям».  Неизвестный гость ее заметил. Не сводя прищуренных глаз в девчонки, он в пол голоса проговорил Пламму:
- На севере вам тоже делать нечего. Эти грязные черти – язычники заполонили всё, а в карманах у них ветер гуляет, как и головах. С них проку мало. Выдвигайтесь на юг, к границе… Я слышал, Инквизиция нуждается в мечах и охотно платит наёмникам.
- Для такой дальней дороги нужна уйма лошадей! – резко возразил Старший Брат.
- Так достань. – напирал «Капюшон». Его раздражал ленивый разнузданный настрой командира, но всё же он продолжал  наблюдать за «Ласточкой» - так окрестили девицу наемники. Высокая и стройная, как тростинка, она вытянулась перед костром. В окружении оголтелых вояк она держалась достойно, хоть на белых щеках и проступил заметный румянец. Гость отметил, что она всего на голову-полторы ниже его самого, и что для того, чтоб ее поцеловать, не пришлось бы даже присесть. В ее маленьких ручках помещался увесистый мешочек, и гость догадывался, что там…
- Я тебе не конюх! – внезапно голос Пламма заставил гостя оторваться от своих мыслей, чем еще больше раздразнил его. «Капюшон» двинулся вперед, к толпе, а Старший Брат, обычно уверенный  и напористый, остался стоять на месте, склонив голову и сплюнув себе под ноги.
- А что, даже такая работенка не по твоему уму? – иронично заявил мужчина так, чтобы все его слышали. Капюшон с его головы слетел, в тот самый момент, когда он оказался прямо за спиной девчонки. Пламм с силой сжал зубы, дабы не наговорить колкостей.
- Смотри-ка, девка достала тебе на несколько рысаков! – он ловко выхватил мешочек из ладони Ласточки, а толпа поддержала его дружным гоготом.  Многие узнали этого человека, но виду не подали, а другие разглядывали так, будто перед ними сам молодой принц.  Мужчина подкинул мешок с монетами одной рукой и вновь поймал, затем глянул на своего оскорбленного друга. Тот не шелохнулся, видать, сильно Пламма задели. Гость небрежно сорвал ленту и вынул из мешочка одну монету, повертел ее средь пальцев, внимательно, как в первый раз, всмотрелся в гордый профиль короля на одной стороне, и протянул ее девушке.
- Держи, это твое. Купишь себе что-нибудь красивое.  – остальные монеты были тут же переданы Старшему Брату.
Кто-то из более проворных протянул мужчине рог эля, но он не отреагировал. Он только смотрел на Ласточку сверху вниз грязно-голубыми прищуренными глазами.
- И откуда ты такая взялась? – его губы скривились в ухмылке.

+2

4

ㅤ ㅤ Деньги, принесённые этим вечером Эрленд в лагерь «Кухаркиных Детей», были заработаны в прямом смысле кровью и потом. Ограбив прохожего господина, беззастенчиво витавшего в собственных мыслях на центральной улице Миндона, Бернис и не подозревала, что тот окажется так предприимчив и откажется столь быстро расставаться с собственным богатством. Обнаруживший пропажу золота почти сразу (Нисса сделала лишь два шага прочь), пострадавший подключил к поиску виновного служащего городской стражи, дежурившего неподалёку, и, посредством не шибко замысловатых умозаключений, постановил, что денег его лишила девица, только что скрывшаяся за углом «вон того» здания, предварительно кинув на него, этакого несчастного, насмешливый взгляд. Последнее, право, было лишним, но Бернис не могла с собой ничего поделать — её позабавил этот мужчина, так колоритно вписавшийся, как ей казалось, в роль большого ребёнка. К глубочайшему сожалению Эрленд, это была лишь иллюзия. Посему погоня была продолжительной — девица и представить не могла, что стражник при полном обмундировании окажется так вынослив. Нис нашла спасение лишь спустя полчаса на чердаке одного из обветшалых серых зданий в глубине города, ибо туда-то мужчина, облачённый в тяжёлый доспех, забраться не смог. Тогда она смогла посчитать собственные потери — колени были содраны в кровь, а подол юбки разодран в нескольких местах, что, естественно, доставляло большие неудобства, однако ж главное — деньги — были в сохранности: Бернис на бегу не растеряла ни одного медяка. И это не могло не радовать.
ㅤ ㅤ Именно поэтому, когда мешочек с честно заработанными Бернис деньгами вдруг испарился из её руки, она не могла не злиться.
ㅤ ㅤ — Смотри-ка, девка достала тебе на несколько рысаков! — провозгласил грубый мужской голос. Руки девушки невольно сжались в кулаки, а в зелёных глазах мгновенно вспыхнуло пламя — она обернулась к незнакомцу лицом, встала и гордо вскинула голову. Ведь как он, этот мужчина, ничего не знающий о ней и её труде, смеет с ней так обращаться? Именно она, Бернис, за эту неделю принесла братству пользы больше, чем все остальные вместе взятые, а он решил отобрать все плоды её несчетных трудов? Она стоит больше каждого второго из ныне собравшихся, а он решил так с ней обойтись? Он, один из этих пьяных, провонявших свои отвратительным пойлом, грязный, уродливый бесчестный ублю...
ㅤ ㅤ Запал Эрленд несколько мельчает, стоит ей только глянуть на нарушителя её относительного покоя — мужчина этот разительно отличался от всех прочих, её окружающих: и ростом, и статью, и даже всего навсего взглядом. Он не был похож на обычного нарушителя закона, с коими Ласточке обычно приходилось иметь дело, этот человек даже держался иначе, как-то более сдержанно, нежели остальные, но всё же не казался здесь лишним. Больше того, мужчина будто дополнял общую картину развернувшегося сегодня праздника — был неотъемлемой его частью. Вместе с тем, черты его лица казались Эрленд смутно знакомыми, заставляли вспоминать картины почти забытого прошлого — детства и юношества...
ㅤ ㅤ Но всё это никак не умоляло того факта, что сей неотёсанный мужлан ведёт себя попросту бесчестно.
ㅤ ㅤ — Держи, это твоё. Купишь себе что-нибудь красивое, — этакое панибратство выводит из себя Бернис окончательно, ведь не ему решать, что ей, Ниссе, делать с собственной заработной платой. Пусть и такой малой её частью.
ㅤ ㅤ — Ох, спасибо, сир, — ехидно протягивает девушка, сравнивая незнакомца с рыцарем при королевском дворе (ведь он, наверное, думает, что поступил в высшей степени правильно), в пол кланяется, предварительно, конечно, выхватив единственный геллер из крепкой руки, и щурит взгляд. Окружающие её мужчины принимаются смеяться и отпускать глупого рода шуточки: к сожалению, поведение Эрленд не взывает их сердца к справедливости, а лишь доводит до смеху. И без того раздосадованная, почти униженная девица чувствует себя разбитой, а посему приходит в неистовое бешенство. Бернис глубоко и шумно вздыхает — ноздри расширяются, будто у загнанной в угол и пойманной лошади, — гибкий стан гнёт ближе к земле, будто дикая кошка, приготовившаяся к атаке, и бросает на обидчика грозный, весьма многозначащий взгляд.
ㅤ ㅤ — Я пришла, потому что денег эти балбесы без меня заработать не могут, — слова девицы, по сути, являются истинной правдой, но смех и улюлюканье становится всё громче и громче: пьяные хари веселятся, глядя на нарисовавшееся представление. Вновь не то, чего бы хотела добиться Бернис, но всё же лучше, чем ничего. Она опять гордо поднимает голову и смотрит ровно в глаза незнакомцу. Ведь не в её правилах занимать место проигравшей.
ㅤ ㅤ — А ты сам, собственно, кто?
ㅤ ㅤ И толпа разбойников снова взрывается хохотом.

Отредактировано Berniece Erland (2015-07-03 23:42:06)

+2

5

После слова "сир" Пламм беспокойно шевельнулся, но тут же оторопел. Должно быть, не у одного него была такая реакция на ехидные слова воровки. Страшно представить, что сделает с ними Эд Кухаркин Сын, если узнает, что они пропустили в отряд девушку, знающую, кто он такой. Но, похоже, Старший Брат все же сомневался.
С язвительной улыбкой Эд следил, как Ласточка изображает перед ним поклон, неумелый, но, как он отметил про себя, довольно грациозный и гибкий. Сомнения, возникшие в самом начале, отпали сами собой - она не шлюха. Уж шлюхи то знаю как это делается... Среди их клиентов, особенно таких миловидных, как Ласточка, множество богатых лордов, и все они, как один, обожают, когда девки перед ними сыплют почести и сладкие речи. Пятнадцатилетняя шлюха знает об этикете и прочих бабских "штучках" больше, чем ее сверстница-дворянка.
Стало быть, Ласточка - танцовщица или артистка. Занимательная картина: сегодня утром Эдрик проснулся на пуховой перине, мальчишка-оруженосец подносил ему чашу с водой для омывания, а на завтрак ел форель с миндалем и запивал ледяным молоком с медом. Но то блаженство, что он испытывал сейчас, попивая сладкий эль, не шло ни в какое сравнение со всеми прелестями двора принца Девина. Эдрик одобрительно кивнул головой:
- Я столько же сир, сколько ты - леди! - вокруг них уже собиралась толпа любопытных, их привлек громкий смех и "представление" воровки. Все они пялились на Эдрика, и он это чувствовал, а Пламм мог угадать мысли своего друга даже по движению брови. Сейчас Кухаркин Сын свел их так, что они могли вот-вот коснуться друг друга.
- Шла бы ты Нис... - решительно выдвинулся он к парочке. Рука командира, что сама привела девушку в отряд, сейчас сомкнулась на ее руке чуть ниже плеча. - Уже темно, а тебе еще возвращаться в столицу!
Несмотря на богатое прошлое и суровый нрав, Старший Брат всегда оправдывал свое прозвище, относясь к каждому наемнику как в родне. Ласточка, добрая и честная, была ему и того роднее. Никогда не имея собственных детей, он видел в ней дочь, именно такую, о какой мечтает любой мужчина, не обремененный известной фамилией. В отряде свои правила, и всем известно - даме ночью не место в этом лесу, если только разделять ложе с наемниками - не ее ремесло...
- Не волнуйся, Пламм, - внезапно прервал командира Эдрик. Одним махом он допил свой эль и отшвырнул рог в сторону. В такую зяблую ночку хмель был очень кстати, а приятная компания - вдвойне. Как будто специально подогревая интерес толпы, он отстранил друга, стоящего между ними с девушкой, - Я проведу ее. Эд всегда был упрям. Девица бросила ему вызов перед его же людьми, и он не мог оставить это так, как есть.
- Нам по пути, "миледи", - как можно слаще объявил он, галантно протягивая руку девушке, будто приглашал на танец. Такой жест был воспринят простыми вояками вполне однозначно. О Эде Кухаркином Сыне говорили всякое, но никто не желал неприятностей от него. Народ похохочет вдоволь, да разойдется, а о Ласточке даже никто и не вспомнит, если та пропадет.
Гроза - приметная белая кобылица Эдрика ждала своего хозяина у дороги, что вела из лагеря. За день ей не приходилось отдыхать, и сейчас она выглядела особенно сонной. Погладив свою лошадь по загривку, будто успокаивая, и обещая скорый покой, мужчина помог своей спутнице усесться в седло, а сам повел  Грозу за поводья. Кобыла шла не спеша, твердым шагом. Небо над ними  было черным, без единого намека на звезды. Рядом с узкой тропою, что наемники звали дорогой, вился ручей, и росли чахнувшие от жары хрупкие ивы. Их ветви сплетались в такие тугие "косы", что сквозь них не проникал даже скудный лунный свет. Эд молчал, молчала и его спутница. "А молодец, девчонка. На стороже" - подумал он, - "Я и сам страж. Может она мне родня, а?". Мужчина залился смехом.

+2

6

ㅤ ㅤ Существование женщины в жестоком мире сопряжено со множеством испытаний, если ты, конечно, не леди, рождённая в старинном замке, ведь тогда-то честь твоя защищена всевозможными правилами света. Ежели тебя провела удача и не оказала подарка в виде долго жития в купе с лордом-мужем, то твоя единственная защита от царствующих на земле бренной мужчин — ум. Бернис, казалось, не была обделена сим чудесным даром, только вот за свои двадцать три года не научилась им пользоваться. Как бы ни гласила народная мудрость, лучшая защита — отнюдь не нападение, особенно, если ты одна единственная дама в большой компании полупьяных и непосвященных в тайны кодекса чести и морали мужчин.
ㅤ ㅤ Агрессия Эрленд, направленная на всех и вся, — она, право, была лишь щитом от внешнего мира, но кому-то разве есть до этого дело? — должна была рано или поздно сыграть с девицей злую шутку, ведь отнюдь не каждый станет углубляться в причины подобного поведения и, в конце концов, возьмет у Нис то, что хочет взять: например, какой хмельной муж откажется от разного увеселений в компании весьма прелестного вида барышни? Бернис на огромной скорости неслась к фатальной ошибке, которая должна была таки научить её поведению в обществе, — ведь не целую же жизнь девицы фортуна, дама ветреная, будет её от того охранять? — благо, сейчас на страже порядка стояли мужчины с чистым от чарующего тумана эля рассудка.

ㅤ ㅤ Бернис не любит, когда ею потакают. Время берет свое и понемногу сглаживает угловатый, резкий юношеский склад характера, демонстрируя многогранность правды и вариативность взглядов. Но, чёрт возьми, желание противостоять всему миру и делать всё в корне противоположным образом, нежели так, как от тебя требуют — эти качества, кажется, из Эрленд не уйдут никогда, ведь без них она не будет той, кем является.
ㅤ ㅤ Слова Пламма относительно долгого пути и опасностей, кои могут ей за время его преодоления повстречаться, конечно же, были верны, но так просто согласиться Бернис просто не имела права. Она повела плечом, будто стараясь освободить руку от крепкой хватки мужчины, и собралась уж было выдать что-то ехидное, едкое, как вдруг судьба преподносит ей новый подарок — а подарок ли вообще? ㅤ ㅤ Этот новоявленный «сир» вызывается самостоятельно проводить девушку до Миндона, что, естественно, — о, как предсказуемо! — вызывает в толпе новую волну гвалта. Ласточка направляет на Старшего Брата полный просьб и молитв взгляд, однако тот лишь кивает, будто говоря: «Ему можно верить».
ㅤ ㅤ Делать нечего: Бернис об руку с незнакомцем — который даже не соизволил представиться! — отправляется в глубь леса, прочь от галдящих мужчин, жаркого костра, хмельного эля и честно заработанных ста двадцати геллеров.
Лошадь мужчины была хороша — даже от неопытных глаз Эрленд это не могло скрыться — и куплена была явно совсем не за малые деньги. Стать в ней чувствовалась как и в её хозяине. Забравшись в седло, Нис пригнулась ближе к белой гриве скакуна: так ивы, что плотно сплелись ветвями над головой девушки, не могли ей помешать.
ㅤ ㅤ Ночь уж давно вступила в свои права: полная луна едва освещает путь. Журчание ручья скрывает от слуха Бернис шорохи ночного леса, которые, будь та в одиночестве, обязательно бы заставили девушку двигаться быстрее к главному тракту, однако ж сейчас девица была не одна и, что странно, о собственной безопасности она не планировала беспокоиться. Мужчина, отличившийся галантностью этим вечером, несмотря ни на что, вселял в Ласточку уверенность, а большего ей и не было нужно.

ㅤ ㅤ Установившееся молчание не нравилось Эрленд, да и ночная тишь заставляла её волноваться — будучи воровкой, Бернис никогда не могла позволить себе расслабиться, даже тогда, когда это, казалось, положено было сделать.
ㅤ ㅤ — Так и не скажешь, кто ты такой? — Ласточка, не церемонясь, задала мужчине вопрос, который её мучал в лоб. — И какой тебе прок от того, что ты сейчас меня провожаешь?
Нис знала, что ничего просто так в это мире не делается, а порядочность и мораль существует только в королевских замках (хотя, быть может, этих неосязаемых материй вообще нигде не найти). Цену платить нужно ровно за всё, — этот урок девица уяснила уже давно — а посему размер платы следовало бы узнать заранее.
ㅤ ㅤ Неожиданно за ручьём послышался какой-то странный шум, явно не похожий на шелест листьев под силой ветра. В ночной мгле зажглись два огонька — чьих-то два больших глаза.

Отредактировано Berniece Erland (2015-07-04 19:59:22)

+1

7

- Разве мог благородный рыцарь оставить даму в темном лесу? - пытался шутить он. Но получилось довольно натянуто. Все его лучшие шутки выходили либо похабными, либо грубыми, на грани оскорбления. Поняв, что сказал невпопад, Эдрик снова умолк. Гроза замедлила шаг, и ему пришлось сильнее потянуть ее за поводья, чтобы она пошевеливалась. Не хотелось затягивать и без того неловкую встречу. Оставалось только угрюмо молчать, не произнеся не слово, но узкая извилистая тропа всё не кончалась и не кончалась, а яркие огни покоев городской стражи даже не маячили на горизонте. Уж не пришлось бы им входить в город через "Черные ворота", они вели прямо в рыбацкие норы, самый опасный район столицы.
- Вот какой тебе прок знать, кто я? - мужчина одарил свой спутницу мрачным взглядом снизу вверх. Теперь она держалась выше, грациозней и уверенней. А Эд чувствовал себя очень уязвимым, ведь на нем ответственность не только за свою шкуру, но еще и за Ласточку. Казалось бы, какая разница? Ну попадет она в лапы разбойников, ему то какое дело? Одной крестьянской дочкой больше, одной меньше... Но нет, эта была явно другой, не такой как другие бесхитростные девицы. Ее длинные каштановые волосы аккуратно заплетены, и от них всё еще пахнет дневным зноем, но кожа белая, не знавшая палящего солнца. При тусклом свете луны ее глаза казались черными, но если приглядеться, Эд замечал истинный цвет - глубокий голубой. Когда-то давно и у Эдрика были такие глаза, но со временем они стали совсем тусклыми, грязно-синими. Вот ведь странность - Эд совсем был не похож на мать, низенькую, полноватую женщину, с вечно пылающими румянцем щеками. И только глаза у него были от нее, но и эту тонкую, ели заметную связь он, дубина, умудрился потерять. У северян глаза серые, как талый снег, и в Таминмире все знали, что синие "морские" глаза - имели только те, кто вырос под добрый южным солнцем.
- Ты, небось, и не знаешь про те земли, откуда я родом. -  предположил Эд. - Там песка под ногами не сыщешь, да и гор не видать, а те, что есть, совсем не похожи на ваши, южанские. Они древние и  белые, точно борода старика. И музыканты с циркачами туда не захаживают... - он перевел свой взгляд на молодую артистку, а вдалеке наконец замаячили городские ворота. Лес оставался позади...
Равнина перед столицей укутана лунным светом, казалось, от него даже низкая луговая трава сияет магическим светом. Далеко за стенами виднелись величественные башни королевского замка, куда Эд так спешил. От жары и дальней дороги тело его стало потным и грязным, как будто он не мылся никогда. Голова гудела, а еще никак не выходил из памяти разговор с Пламмом.
- А вы, небось, на юге, весь год кушаете сладкую землянику, да запеваете сладким вином? - усмехнулся мужчина.
Им осталось только перейти клетчатый ручей через невысокий пост, и пост стражников прямо перед их носом. Если, конечно, спутница не пожелает пройти через  другие ворота.
- У тебя это. - внезапно Эд остановил свою лошадь. Голос мужчины стал тише и, казалось, даже не решительным. - Нет, случайно, проблем со стражей? Сможешь пройти?
Сейчас его непременно узнают. Эд Кухаркин Сын часто выбирается в лес, говорят, он самолично охотится на разбойников и прочих разгильдяев, не дающих спокойно спать Королевской Гвардии. Какова была бы реакция стражи, приведя сир Эдрик с собой из леса воровку или наемницу?

+1


Вы здесь » RENALIUM. fallen through time » СКАЗАНИЯ СТАРЦЕВ » Чтобы продвинуться вперед, надо вернуться назад


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC